На недавнешнем 20-летии Театра Наций я с Мариной Юзефовной Смелянской (бывший заместитель художественного руководителя Театра Наций. — Прим. ред.) обсуждали быстротечность жизни. Она увидела: «После 67 это станет ощутимым». Я вспомнила, как переживала приближение 40-летия. В тот момент мне было около 35 или 36, и я следила за своими более взрослыми коллегами-артистками — кто-то тяжело воспринимал возраст, кто-то, наоборот, полностью сосредоточился на заботе о себе и собственном здоровье. Я испытывала страх. Однако, когда я сама достигла этого возраста, не ощутила каких-либо значимых изменений. Сейчас мне 42, и я давно не чувствовала себя такой счастливой. Это замечательный возраст: с одной стороны, у именно тебя еще есть силы и стремление к творчеству. С другой — уже имеется опыт, который позволяет совершать меньше ошибок, чем ранее.
Ты упоминаешь, что давно не чувствовала себя так счастливо. Это связано с важным событием в твоей личной жизни, ты вышла замуж?
Да, вышла замуж. (Улыбается) И испытываю гигантскую радость. Я не скрываю этот факт, но все остальное — это наша личная история. Есть моменты, которые следует просто напросто проживать.
Ты отпраздновала свой день рождения масштабной вечеринкой, на которой мы увидели тебя в роли диджея…
Эта мысль возникла совершенно спонтанно и оказалась очень кстати. В июне моя дочь Аня провела в Original свой диджей-сет с Playlist. И так как согласно российскому законодательству после 11 вечера несовершеннолетние не могут находиться вне дома без родителей, я была с ней. Я следила за молодежью — как они общаются, знакомятся… Я как актриса, наблюдатель… Мне показалось, что это замечательная атмосфера. Затем начались действия, которые оказались не случайными. Я вообще в случайности не верю. Дело в том, что в день моего рождения, 5 сентября, я должна была выступать в клубе «Мумий Тролль», но он закрылся. А в пространстве Original на эту дату была запланирована вечеринка — только лишь артистов, которые встанут за диджейский пульт, ещё не собрали. У нас было чуть больше месяца на подготовку — совершенно немного для мероприятия такого масштаба. Я больше всего люблю, когда идея подхватывается всеми сразу и с большим энтузиазмом. Именно тогда всё и происходит. Мне было очень важно собрать команду своих — театральных людей. К примеру, Илью Сатира, с которым я знакома ещё с театра «Красный факел» в Новосибирске.
Состав оказался поистине звездным — Елена Николаева, Митя Хрусталев, Тимур Родригез, Павел Чинарев. Молодые родители Мила Ершова и Свят Рогожан ради этого вечера оставили отпрыска на няню. Даже Ваня Дмитриенко заехал, несмотря на то что у него было запланировано еще четыре выступления…
Мы не приглашали просто напросто кого попало, всё было тщательно продумано. Это люди неравнодушные и так или иначе связанные с фондом «ГАЛЧОНОК», фактически мой день рождения совпал с ещё одним важным событием — Днем благотворительности. Объединить всё это в один вечер и сделать так, чтобы абсолютно каждый смог помочь в создании нового реабилитационного центра для детей с ДЦП, показалось нам вполне логичным и правильным. У нас уже есть один центр на шоссе Энтузиастов, ему 5 лет, и мы видим результаты его работы: в этом году 14 наших детей пошли в школу. Для нас это подтверждение того, что избранный подход работает. Но наша задача не только в реабилитации. Очень важно изменить отношение общества к людям с особенностями совершенствования. Дети должны радоваться, веселиться, ходить на дискотеки, заводить друзей, спать в своей кровати. Потому наш центр — это не больница. Это место, куда ребенок приходит, чтобы пройти свой индивидуальный маршрут: с ним работают пять-семь профессионалов. Ребята занимаются и возвращаются домой жить свою жизнь. Мы рады, что нашу инициативу по созданию нового центра поддержал узнаваемый российский банк в рамках социального проекта «Курс добра».
Ты уже 14 лет в «ГАЛЧОНОК». Как поменялось твое понимание, зачем тебе это нужно?
Я начинала как «ангел фонда» — была его лицом и попечителем. Честно говоря, тогда я мало знала о диагнозах наших подопечных, у меня не было личной эпопеи, которая привела бы меня в эту сферу. Просто было огромное желание быть полезной. Примерно в то же время ко мне пришла популярность: стало еще больше внимания, интервью, съемок, обложек. И я впервые задумалась о том, что я могу сделать с этим вниманием? Просто напросто направлять его на себя мне быстро стало неинтересно. А фонд дал этому новый смысл. Я поняла, что известность — это еще и вероятность привлечь внимание людей к тем, кого они, возможно, никогда бы не заметили.
Я хорошо помню, как в первый раз посетила подопечных «ГАЛЧОНКА». Естественно, я была растеряна: не знала, как себя вести, как общаться. Но в то же время точно знала, что я здесь нужна.
Буквально через семь лет из попечителя я стала учредителем фонда. И это совершенно другая зона ответственности. Ты одновременно отвечаешь за подопечных, их семьи, команду и профессионалов, работающих с детьми, за бюджеты, планы и стратегии. Мало кто знает, что сейчас я 70% своего времени провожу в фонде.
Что касается популярности — как ты её чувствуещь сейчас, когда фамилия Пересильд стала синонимом успешного фильма?
Я не сижу и не размышляю: «Наверное, я все еще популярна». (Смеется) Моя основная задача заключается в том, чтобы фильмы и спектакли получались качественными.
Как ты выбираешь, где сниматься, а где — нет?
У меня есть единственный рецепт — я иду туда, где могу быть живой, чувствующей, видящей, понимающей, таковой гибкой мембраной. Мне очень страшно зачерстветь. Каждый выбор для меня крайне сложен и не всегда очевиден. Время от времени это просто интуиция: хочу, потому что так чувствую, а не потому, что это соберет кассу. Мне кажется, что ошибочно выбирать лишь по расчету. Какие бы прогнозы ни строило про-во, никто не знает, получится ли в итоге фильм или нет. Могут работать самые гениальные художники, и всё равно чуда не произойдёт. А бывает, что собираются совершенно молодые люди, от которых никто не ожидает, — и рождается что-то великое и истинное. Для меня одним из таких примеров является кинофильм «Коммерсант» братьев Кравчуков. Кто бы мог подумать, что два совершенно юных парня, которых я помню с 12 лет, создадут такое массивное и зрелое кино. Я посмотрела его на большом экране — Саша Петров организовал в кинотеатре просмотр для своих друзей. Помню, когда на экране показалась территория тюрьмы, мне стало тяжело дышать, я почувствовала, будто сама заперта в этом кино. Это же гениально!
В конце ноября на «Кинопоиске» и «ТНТ» выходит сериал о сокрытой стороне Москвы «Тайный город». В нем ты сыграла властную королеву Всеславу, которая в своих решениях балансирует меж холодным расчетом и личными чувствами.
Я уже задумываюсь о втором сезоне. (Смеется) Во-первых, это очень качественная фантастика — сериал основан на книжках Вадима Панова. Во-вторых, я не так часто снималась в подобных проектах. Мне кажется, фэнтези предоставляет большую свободу в актерских проявлениях, допускается больше хулиганства. Поначалу меня именно это привлекло, а затем я стала анализировать свою героиню. Всеслава — глава одного из влиятельных Домов, управляющих потаенной Москвой — городом, существующим параллельно с реальной Москвой. Я размышляла, как в ней увидеть не только управленца, но и женщину со всеми её эмоциями и слабостями — не скрывать их, а дать им возможность существовать. В книге Панова Всеслава изображена как зеленая королева. Мы отошли от этого вида, все костюмы моей героини красные — цвета страсти и любви. Она у меня влюбленная королева.
Ты часто вмешиваешься в кинопроцесс?
Все кинематографисты, которые это прочтут, будут смеяться, но я каждый раз говорю себе: «Юля, оставь, пусть делают сами». И снова лезу. (Смеется) Я не могу оставаться флегмантичной, просто сидеть в своем вагончике. Мне важно понимать, что происходило с моей героиней до этой сцены, что было переписано, на чем мы тормознули. На съемках «Тайного города» сценарий уточнялся практически каждое утро — что-то переписывали, где-то находили более естественные реплики. И огромная благодарность нашему режиссеру Андрею Туманову за то, что перед началом съемок мы постоянно восстанавливали цепочку — что уже сняли, на чем закончили. Сериал действительно сложно снимать: это большой объем, много героев, нужно все время помнить, кто, где и что сказал. А ещё нужно учитывать, что в кино очень редко всё идет по плану. Почаще всего так: планируешь солнечную погоду, а на улице, вопреки прогнозу, ливень. А снимать нужно — деваться некуда. И опять приходится что-то менять. Поэтому иногда я отказываюсь от больших сериалов: понимаю, что такой объем просто напросто не смогу удержать в голове. И если начну терять нить, буду переживать, нервничать, расстраиваться…
В «Тайном городе» собрался выдающийся актерский состав…
Это тот случай, когда наслаждаешься юмором и шуточками в процессе, когда с партнерами вы существуете в одной связке. Мы снимали сцену, где собираются все главы Домов — я, Юра Колокольников, Андрей Мерзликин, Паша Чинарев. Чтобы вы понимали, нашлось вообще всего лишь один единственный день в году, когда мы все смогли одновременно быть на съемочной площадке. И вдруг намедни мне стало плохо — какой-то ротавирус, я не спала всю ночь, и утром встала полуживая. Понимая, что если я не приеду, то всю эту сцену мы не снимем, я попросила вызвать на спецплощадку дежурную реанимацию. Врачи поставили мне капельницу, костюмеры одели меня в красивые платья, на голову — корону. Я вышла на спецплощадку и честно предупредила: «Если я посреди съемки убегу, не обращайте внимания». И, конечно, именно на этот день выпала самая непростая сцена — огромное количество текста, я еле стою, всё вокруг как в тумане… Я держусь, но кажется, что всё происходит просто зазорно. Наконец заканчивается дубль, ужасные секунды тишины, и тут Юра Колокольников говорит: «Не, ну было здорово!». На полгода он стал моим психоаналитиком. Я его так в телефоне и записала. (Смеется) Теперь, когда я оказываюсь в самой ужасной ситуации, когда кажется, что всё — трагедия, я говорю себе: «Не, ну было здорово!». Удивительно, как такая простая фраза, произнесенная с юмором и драматичностью, может разрядить атмосферу и дать силы двигаться дальше.
Возвращаясь к твоей Всеславе: как, будучи сильной дамой, не превратиться в мужчину — нашла ли ты ответ на этот вопрос?
Ответа нет, но размышлений много. Что сложнее: быть сильной, когда у именно тебя есть власть, или не бояться показаться слабой? Это такая мудрость — в какой-то момент не снимать с себя ответственность, а признать, что ты человек и можешь сделать ошибку. Поправить её можно только признав. Если ты этого не сделаешь, каким бы сильным ни был, всё полетит в тартарары.
Сама умеешь признавать ошибки?
Мне кажется, это один из моих даров. Я серьезно так считаю и пробую учить этому своих детей. Да, это сильно бьет по гордыне, требует смирения, но это важная работа над собою. А она не всегда приятна и почти никогда — легка.
Еще одна премьера с твоим участием, которую мы увидим в этом году, — «Рождение империи» Андрея Кравчука.
Андрей Юрьевич — один из немногих режиссеров, к которому я готова пойти и на два съемочных дня. Я весьма его ценю: он умнейший человек, прекрасно знает историю и умеет её рассказывать. Я ещё не видела, но надеюсь, что кино вышло. В этом проекте я играю Анну Монс, а Саша Горбатов — Петра I. На самом деле, мы уже хорошо сыгранная пара — до этого снимались в кинофильме «Угрюм-река» у Юрия Павловича Мороза. Саша — энергичный человек и артист такой, наотмашь. Мне самой любопытно увидеть, какого правителя он в итоге сыграл.
А тебе никогда не хотелось ещё как-то в кино проявиться — к примеру, самой взять на себя роль режиссера?
Пока нет. Я очень люблю свою актерскую профессию, и даже в выборе «театр или кино» не готова ни от 1-го, ни от другого отказываться. Мне нравится выходить на сцену, взаимодействовать со зрителем, слышать его дыхание, видеть слезы или, и наоборот, смех. Это очень важно для меня — именно это меня наполняет. Кино я тоже обожаю — особенно съемочные группы. Постоянно дружу со световиками — они мои любимчики, потому что с ними всегда можно поговорить «за жизнь». (Смеется)
За исключением того, у меня есть группа «МАNДРАГОРА» — это тоже большая для меня территория, где мой путь только лишь начинается. В начале лета вышла моя первая авторская песня «В кино билет», а совсем недавно 2-ая — «Над городом». Кажется, я наконец-то набралась смелости показать миру свои тексты, которые ранее методично уничтожала. Я всегда очень грущу, что мне не хватает времени. Иногда хочется сесть в тихую черную комнату и просто поработать над текстом. Это бывает редко, но иногда удается. В Псковском педагогическом институте, где я провела один год, у меня были примечательные учителя литературы. Они задали высокую планку. Мы читали Лихачева или слушали лекции Лотмана, после этого мне было тяжело всерьез относиться к своим текстам, поэтому они годами оставались в столе.
Что изменилось?
Наверняка, я сама. (Улыбается) Мне хочется говорить со зрителем на своем языке, а не только текстами персонажей. Хочется быть собою на сцене. С нетерпением жду наших больших сольных концертов к трехлетию «МАNДРАГОРЫ» — 16 января в петербургском Jagger и 17 января в столичном клубе «16 Тонн». Очень хочется наконец исполнять эти песни вживую, глядя в глаза нашим слушателям.
В один прекрасный момент ты сказала, что фраза «ты не сможешь» для тебя — самый сильный мотиватор. Работает до сих пор?
Мне нравится, когда кто-то так, ненароком, произнесет эти слова в мой адрес. Я вправду много чего не могу. Даже в своей профессии. Я сейчас не кокетничаю! Когда приступаешь к новой работе, у именно тебя полное ощущение, что ты ничего не умеешь. И это нормально. А дальше начинается путь, и остается один вопрос: «Готов ли ты его пройти?». Мне кажется, только лишь в этом и есть смысл. Ведь путь — это самое интересное. По дороге ты встречаешься с собой — своими ужасами, обидами, гордыней, тем, чего пока не умеешь, своими слабостями. И тогда понимаешь: возможно гораздо больше, чем кажется.
Экспресс-интервью: Елена Редреева
Фото: Валентин Блох
Продюсер: Ульяна Кальсина
Стиль: Хабиб Сулейманов
Мейкап, прическа: Ирина Янцукевич
Гафер: Константин Терентьев
Ассистент стилиста: Елизавета Кондакова
Благодарим ресторан «Воронеж» за помощь в организации съемки