Женское здоровье Как быть здоровой красивой женщиной
На премьере телесериала «Полураспад» актёр и режиссёр Алексей Агранович обсудил с HELLO!, почему современное общество находится в состоянии полураспада, что он унаследовал от собственных родителей и чему хотел бы обучить своих детей. Также он поделился, как ему и его супруге, актрисе Виктории Толстогановой, удаётся избегать проф конкуренции.
Алексей, сериал называется «Полураспад». Какой смысл вы вкладываете в это слово?
Мне кажется, что наша цивилизация на данный момент переживает фазу полураспада — переход от одного состояния к другому. Однако, во что именно мы движемся, пока остаётся неясным. Потому мне любопытно, что мы увидим сегодня.
Из какого состояния в какое вы на данный момент переходите?
Если говорить о чувствах, то это постоянные колебания. А в более широком смысле, это состояние роста. Хотя совершенствование — это не распад. Но иногда для того, чтобы расти, необходимо от чего-то отказаться, освободиться от чего-то.
От чего вам пришлось конечно отказаться, чтобы стать тем, кем вы являетесь сегодня?
От того, кем я был, вероятно. Хотя, если говорить серьезно, мне не кажется, что я уже кем-то стал. Я просто напросто являюсь какой-то версией себя — лучшей или худшей, сложно судить. Кажется, что ты движешься вперёд, а люди, наблюдающие за тобой со стороны, могут созидать совершенно иную картину. У меня складывается ощущение, что я старею, становлюсь мудрее, становлюсь спокойнее. Но это может быть полнейшая иллюзия.
Одна из тем «Полураспада» — это то, что передаётся из поколения в поколение. А что вы унаследовали от собственных родителей? Может, не только положительные черты, но и те, от которых вы хотели бы избавиться?
В первую очередь я унаследовал определённый базовый взор на жизнь. Однако в последние годы стараюсь менять своё восприятие, смотреть на вещи под разными углами. Я отлично узнаю в себе свою маму, папу, дедушку и бабушку. Знаю, как они бы реагировали на те или иные ситуации, как бы к ним относились. Но, допустимо, я пришёл к одному выводу, который может быть ошибочным: способность рассматривать любые обстоятельства, включая самого себя, с различных точек зрения делает жизнь, как минимум, интересной. Мне кажется, это важное условие в жизни. Если вам любопытно жить, значит, вы не существуете зря.
Что бы вы хотели передать своим детям?
Любовь. Это единственное, что я могу им дать. К огорчению, навык жизни в нашем поколении и следующих, мне кажется, трудно передаваем. И спокойный мир я тоже, к сожалению, не смогу им передать. Потому только любовь и, возможно, какой-то свой взгляд на жизнь — то, что нам передали родители. Насколько это им пригодится, я не знаю.
Вы с женой Викторией Толстогановой оба заняты в кино. Говорят, что двум творческим людям бывает сложно ужиться совместно из-за конкуренции и амбиций. Как обстоят дела у вас?
Во‑первых, мне даже страшно называть себя актёром. Вика — актриса, безусловно. Это её призвание, её главное и единственное занятие в жизни. Я весьма люблю эту профессию, но для меня она не единственная. Поэтому у нас нет особой конкуренции. Во‑вторых, мы взрослые люди и, как минимум, относимся друг к другу с почтением. В 25 лет, возможно, можно было бы грызть друг другу глотки. А сейчас-то зачем? Напротив, мы радуемся тому, что есть работа. Если эта работа удачная, это просто прекрасно! И кроме того, всё это передаётся детям. Они видят и наблюдают.
Вы стараетесь не переносить проф переживания в личную жизнь?
Мне представляется важным серьезно относиться к тому, что ты делаешь, безусловно. Однако это должно оставаться кое-где внутри. Потому что если вся жизнь окружающих будет подчинена вашим занятиям и все должны ходить на цыпочках, просто потому что папа спит или мама учит роль, — это неправильно. Наша профессия ничем не отличается от других. Думаю, у людей, которые управляют троллейбусами или вылечивают людей, тоже есть своя внутренняя ответственность перед работой, свои переживания и процессы. Но это ваш процесс. Для чего выплескивать его на окружающих, особенно на младшее поколение?
